В ночь на 18 июля 2026 года беспилотники поразили два крупных склада Wildberries — в Электростали и Котовске. Восемь человек погибли, сотни продавцов в одночасье лишились товаров на десятки миллионов рублей.
Что произошло
Удары пришлись на два логистических центра одновременно. Склад в Электростали — один из ключевых узлов, обслуживавший прежде всего московский регион. Котовск закрывал часть центральных поставок.
По предварительным оценкам, выгорело около 350 000 м² складских площадей — примерно 7% от всей инфраструктуры Wildberries. Официальных цифр ущерба компания пока не публиковала.
Независимые эксперты называют разные суммы. Одни говорят о 20–35 млрд рублей только на восстановление зданий и оборудования. Другие оценивают совокупный ущерб — помещения плюс товары — в 50 млрд. Есть и более высокие цифры: стоимость уничтоженных товаров продавцов отдельные аналитики оценивают в 150–170 млрд рублей. Разброс огромный — всё зависит от методологии подсчёта.
Wildberries объявил о выплатах семьям погибших и пострадавших сотрудников. Для продавцов анонсировали скидки на хранение, льготные кредиты и отсрочки по платежам. Сами селлеры эти меры восприняли холодно — слишком точечные на фоне реальных потерь.
Глава компании Татьяна Ким подтвердила, что вопрос компенсаций за уничтоженные товары прорабатывается, но предупредила: на полную оценку ущерба уйдёт до 30 дней. На момент выхода этого материала конкретных условий компенсации маркетплейс не представил.
Отдельную волну критики вызвал другой факт: за десять дней до атаки Wildberries внёс изменения в оферту для продавцов, сняв с себя ответственность за ущерб, причинённый в результате действий военной техники, включая беспилотники. Юристы поясняют, что поправка фактически дублирует нормы действующего законодательства о форс-мажоре — но для продавцов, потерявших товар, это слабое утешение.
Что это значит для селлеров
История с пожарами обнажила системный риск, о котором многие знали, но предпочитали не думать: концентрация всего товарного запаса на одном складе маркетплейса — это ставка ва-банк.
Судя по тому, что рассказывают сами продавцы, потери у всех разные — и разница напрямую связана с тем, насколько диверсифицировано хранение.
| Ситуация | Доля товара на пострадавших складах | Реальные потери |
|---|---|---|
| Весь запас на Электростали | ~100% | Полное уничтожение ассортимента, риск банкротства |
| Частичное хранение на WB + собственный склад | ~40% на WB | ~8% от общего запаса — болезненно, но не критично |
| Небольшие партии + еженедельные подсортировки | 15–25% | Минимальные потери, бизнес продолжает работу |
Важный контекст: катастрофа случилась в конце июля — прямо перед сезоном Back to School. Многие продавцы заблаговременно завезли сезонный товар в большом объёме. Те, кто хранил его целиком на складах WB, потеряли не просто деньги — они потеряли целый сезон.
Посчитаем на простом примере. Допустим, вы продаёте школьные рюкзаки средней стоимостью 1 500 ₽ за единицу, себестоимость — 700 ₽. Перед сезоном завезли 500 штук. Вложения в товар — 350 000 ₽. При полной утрате партии убыток только по себестоимости составит треть миллиона. А ещё логистика, упаковка, реклама, которую вы уже открутили. В реальности у многих это были партии на миллионы.
Проблема усугубляется тем, что большинство небольших продавцов хранит товар именно на складах маркетплейса — чтобы не платить за фулфилмент или аренду собственного склада. Это понятная логика: аренда склада на 50–100 м² в Подмосковье обходится в 50 000–100 000 ₽ в месяц. На первый взгляд — лишняя статья расходов. На второй — страховка от полного обнуления.
И ещё один принципиальный момент: маркетплейс юридически не несёт ответственности за товар в случае форс-мажора. Это было правдой и до поправки в оферту — законодательство о форс-мажоре работало и раньше. Надеяться на компенсацию от WB можно, но строить финансовую модель на этом ожидании — опасно.
Что делать
Эта ситуация — жёсткий, но очень конкретный урок для всего рынка. Вот что стоит сделать прямо сейчас.
- Проверьте распределение запасов. Посмотрите, какой процент вашего товара сосредоточен на одном складе. Если больше 60–70% — это высокий риск.
- Рассмотрите диверсификацию хранения. Собственный склад, фулфилмент-оператор, склады нескольких маркетплейсов — любая комбинация лучше, чем единая точка отказа.
- Пересчитайте юнит-экономику с учётом риска. Заложите в модель сценарий частичной утраты товара — хотя бы 10–15%. Если бизнес при этом остаётся жизнеспособным, вы работаете с нормальным запасом прочности.
- Изучите страхование товарных запасов. Страхование товаров на складе — это реально работающий инструмент, а не теоретическая возможность. Стоимость полиса для небольших объёмов составляет от 0,1–0,3% страховой суммы в год. При запасе на 1 млн ₽ — это 1 000–3 000 ₽ в месяц.
- Следите за обновлениями от Wildberries. Условия компенсации для пострадавших продавцов должны появиться в течение 30 дней. Если вы потеряли товар — фиксируйте все данные: остатки, накладные, выписки из личного кабинета.
- Не держите сезонный товар единым пулом на одном складе. Особенно актуально перед крупными сезонами: НГ, 8 марта, Back to School. Разбивайте поставки — это и риски снижает, и алгоритмы WB любят регулярные подсортировки.
Трагедия, которая произошла — это прежде всего человеческая потеря. Но для рынка она одновременно стала жёстким напоминанием: устойчивый бизнес на маркетплейсе — это не только маржа и реклама, но и управление рисками. Те продавцы, у кого был собственный склад и диверсифицированные запасы, переживут этот кризис. Остальным придётся восстанавливаться с нуля.